Часовня Эндреса

ДЕТСКАЯ СТРАНИЦА
от Александра Стрельникова
и художницы Татьяны Крыловой-Торсуковой

Впервые весенние дни 1511 года молодой герцог Ульрих Вюртембергский праздновал свадьбу с дочерью герцога Баварского Сабиной. С необычайной пышностью и роскошью началось торжество в Штутгарте. Ничего подобного раньше в швабском краю не видали. Со всех земель кайзера приехали дамы и господа самых голубых кровей. Не было места скуке в замке герцога. Громко играли музыканты, потешали шуты, развлекали глотатели шпаг и огня. Даже «представителей народа» пустили на свадьбу. Для бюргеров, купечества и крестьян соорудили затейливый фонтан, из которого по трубам лилось белое и красное вино. Герцог Ульрих хорошо знал своих подданных швабов и позволил каждому столько пить, сколько в него вместится, но домой хмельное питьё разрешалось уносить только в «голове и животе».


Среди почтенных гостей в замке были два графа из Оберланда – Эндрес фон Вальдбург-Зонненберг цу Фридберг-Шеер и Феликс фон Верденберг-Трохтельфинген-Хайлигенберг. Владения их располагались рядом, но пробежала между ними черная кошка и рассорила соседей. Спорили и ругались графы по самому мелкому поводу, а иногда и без всякой на то причины. Не угомонились Зонненберг и Верденберг даже на свадьбе герцога Ульриха в Штутгарте.
Захотелось жениху своё особое расположение к дорогому гостю Феликсу подчеркнуть: граф в ближнем окружении самого кайзера Максимилиана был и от имени и по поручению Его Величества на торжество явился. По желанию герцога Вюртембергского дозволялось Верденбергу исполнить с невестой первый танец.
Маленького роста, неладно скроенный Феликс внешностью не много из себя представлял. Невеста герцога Ульриха, наоборот, была девушкой рослой и статной. Во время танца Феликс подбородок вверх задирал, будто не на красавицу, а на потолок смотрел, а Сабина глядела сверху вниз, как цапля на лягушку. Видя эту парочку, благородные дамы и господа языки прикусили, чтобы не расхохотаться. Граф Зонненберг не сдержался и закричал: «Хоп, коротышка, дотянись-ка. Хоп, малыш, на цыпочки встань!». Потом поднялся он из-за стола и распрямился во весь богатырский рост. Громоподобный смех его отзывался гулким эхом по большому залу. Феликс разозлился и угрожал Эндресу: «Я уж тебе отомщу, отплачу сполна той же монетой!». «Ох, насмешил, – кричал богатырь Зонненберг, – троих таких с петрушкой проглочу и не замечу. Вот засуну тебе палец промеж зубов, так ты укусить не посмеешь!». Лицо маленького Верденберга налилось кровью, в необузданной ярости вопил он: «Я тебя укушу, так укушу, что вовек не забудешь!». Два графа-соседа щедро поливали друг друга грязью, проклятиями и плохими словами. Произошедшее сильно расстроило гостей. Готовые танцевать пары распались. Дамы ушли в один угол, рыцари в другой. Музыка умолкла. Никто так и не сплясал.
Отшумела свадьба, приглашённые разъезжались по домам. Засобирался в дорогу и граф Феликс фон Верденберг, сказав всем, что путь его лежит в фамильный замок на Рейне. Немного отъехав, развернул граф коня, пришпорил и поскакал в противоположную сторону, в замок своего шурина Бург Вильденштайн. Там собрал он ватагу надёжных и преданных кнехтов и направился с ними к Дунаю. Знали они все дороги и тропинки в лесах между Менгеном и Буссеном. Показали кнехты господину подходящее для засады неприметное место и затаились в пещере, где дикие звери прячутся.
Граф Эндрес фон Вальдбург-Зонненберг тем временем остановился в замке в Буссене для отдыха. С несколькими слугами часто разъезжал он по окрестным лесам и охотился. Во вторую неделю мая с тремя сопровождающими и капелланом направился граф в родовое гнездо в Шеер. Ничто в этот солнечный день не предвещало беды. Не ёкнуло сердце Эндреса, не облачился он в кованые доспехи, шлем не надел, меч и щит не взял. Спокойно ехал налегке в охотничьем наряде и, проезжая Хундерзинген, послал юношей-оруженосцев вперёд, чтобы оповестили о его прибытии и подготовились в Шеере должным образом.
Не успели посланцы на полёт стрелы удалиться, как внезапно выскочила из-за деревьев дюжина вооруженных незнакомцев. Забрала их шлемов были опущены, лиц не распознать. Возглавлял нападающих граф Феликс фон Верденберг. Крикнул им Эндрес Зонненберг, чтобы незнакомцы представились полным именем и титулом, как на благородном рыцарском поединке положено. В ответ послышалась команда: «Стреляйте!». Вскинули кнехты заряженные арбалеты, сработали спусковые рычаги, и полетели со свистом короткие стрелы. Будто чья-то незримая рука отводила их в сторону: ни одна не задела Эндреса. Испуганный конь поднялся на дыбы и понесся вперёд, не разбирая дороги. Казалось, что спасение рядом, но далеко ускакать не удалось, споткнулся жеребец о корни деревьев и рухнул как подкошенный. Подбежали к лежащему на земле графу кнехты Феликса и били нещадно. Капеллан с широко раскрытыми от ужаса глазами встал на колени подле Зонненберга и умолял прекратить расправу, чтобы он мог помолиться за упокой души уже бездыханного графа и тот, как христианин, предстал перед Господом. Злодеи слов священника не слушали, кололи пиками и рубили мечами несчастного, пока тот не умер.
Недалеко от того места, где Верденберг жестоко отомстил за насмешки на свадьбе Ульриха Вюртембергского и Сабины Баварской, стояла часовня. Когда страшная весть облетела окрестности Буссена, назвали часовню в память об убиенном часовней Эндреса. Феликс вместе с понедельниками бежал к брату в Хайлигкройцталь. Но не было ему там покоя, и в Зигмарингене он не задержался. Никто не хотел с убийцей знаться. Наконец сам кайзер Максимилиан вмешался, велел большие деньги в наказание взыскать, а остальное предоставить суду божьему.
Спустя два десятка лет в середине июля на заседании рейхстага в Аугсбурге внезапно снова налилось лицо Верденберга кровью, как когда-то во время ссоры на свадьбе, сразил его удар, и скончался он на руках у брата Кристофа без отпущения пастором грехов и покаяния. Детей у братьев не было, и в 1534 году закончился древний род Верденбергов.
Эндрес фон Зонненберг похоронен в кирхе в Шеере. Там до сих пор сохранилась надгробная плита. Родня графа и вдова Маргарета послали в часовню капеллана мессы служить. Стали туда люди ходить и молиться за упокой души злодейски убитого. Прошли века, часовни нет давно, остался лишь каменный столб, напоминающий о мстительном злодее Феликсе и его жертве Эндресе.

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОЗВОНИТЕ МНЕ
+
Жду звонка!