Обратная связь

Публикации поговорок на швабском диалекте вызвала особый интерес у представителей старшего поколения в Ульме. Именно оттуда их предки по Дунаю отправлялись в дальние края. Многим из них с раннего детства знакома поговорка про наиглупейшего бауера, у которого самая крупная картошка. Они поделились со мной своими воспоминаниями, показывали бережно хранимые старые фотографии.

Роза Новаш:

– В архивах сохранились записи двухвековой давности о том, что мой прапрадед по отцовской линии Йохан Райзенхауер из Мальш-Хайдельберга в 1809 году уехал на побережье Черного моря. Туда же в 1811 году отбыл и прапрадед по материнской линии Йохан Фролих из Дурментсхайма возле Раштатта. В память об оставленном родном крае деревню под Одессой тоже назвали Раштатт. В ней я и родилась. Дома отец Томас и мать Роза разговаривали не просто по-швабски, а по-баденски, окая. Поэтому некоторые слова мы произносили и писали не так, как напечатано в журнале. В нашей семье швабский диалект с особым баденским звучанием не забыт. Мы говорим на нем точно так же, как прапрадеды Йоханы.

Райнхольд Шмер:

– Фамилия моих деда Йорга и бабушки Амалии по отцу была Шмерц. В начале 20 века они выписали из Германии карусельную водокачку, приводимую в движение верблюдами, и поливали свои поля под Астраханью. Отец и мать работали в школе в деревне Карл Маркс на Волге. Гайне был директором, а Эмма учительницей, она преподавала немецкий и английский языки. Поэтому дома мы разговаривали на хорошем литературном хохдойч. В 1940х годах последняя буква в написании фамилии была вычеркнута. Так я и мои дети, и внуки стали Шмерами. Хотя швабский диалект не знаком мне с детства, выучил его и швайц (швейцарский), живя в Баден-Вюртемберге 30 лет.

Филипп Браун:

В книге «Der Ruf der Zarin» Филиппа Шютца есть подробные сведения о 85 гессенских семьях, в том числе и из приграничных с Вюртембергом мест, переселившихся на побережье Черного моря в 1763 году. Среди них были и мои предки. В отдельной главе про деревню Рундевизе Дмитровского района Черниговской области, позднее переименованную в Круглолуговку, упомянуты мои дед и бабушка по отцу Христиан Браун и Карлина Рей. На плане деревни отмечено, что жили они в доме под номером 41. И дед с бабушкой, и мои родители дома говорили на хохдойч, поэтому швабский диалект впервые услышал уже в Германии и понимаю его наполовину.

Михаэль Херцог:

Отец Йоханнес Херцог и мать Рихарда Иохим жили в деревне Александерфельд Ивановского района Одесской области, потом названной Курсаково. У них было свое хозяйство с полями, садом, виноградником, держали лошадей. Там я родился. В семье говорили на хохдойч. Несмотря на возраст, я активно работаю в общественной организации Нахбаршафтсхильфе Ульма, ухаживаю за деревьями и кустарниками в садах соседей. С ними я чаще общаюсь по-швабски, чем на хохдойч. Поэтому швабский диалект для меня – это язык повседневности.

Александр Стрельников

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОЗВОНИТЕ МНЕ
+
Жду звонка!