Ольга Бешенковская. Из жизни замечательных людей

Евгений Лейзеров (литературный псевдоним Евгений Вербицкий) – поэт, автор десяти сборников стихов и эссе: «Рубеж» (1991), «Хохороны хребта» (1991), «Блажь или «судьба сама еще звенит» (2004), «Из далекого лета уже» (2006), «О веке Серебряном, светлом и близком» (2014), «Слово о Набокове» (2016), «Полувековой рубеж» (2016) и композиции в трех действиях по роману «Дар» Владимира Набокова «…И не кончается строка» (2011). Евгений родился в Ленинграде, с 2002 года живет в Констанце. Здесь создал литературно-музыкальный салон, в котором проводит вечера, посвященные классикам русской словесности и музыки. Публиковался в журналах, альманахах, совместных сборниках российской и зарубежной прессы. Дипломант международного поэтического конкурса «Золотая строфа – 2009», международного фестиваля «Вернуться в Россию стихами и прозой», победитель конкурса эссеистов «Эмигрантская лира – 2015». Сценарист и продюсер документального фильма «Ключи Набокова».
Представляем начало новой книги Евгения Лейзерова, посвящённой творчеству большого русского поэта Ольги Юрьевны Бешенковской.

Введение

К написанию этой книги, а точнее, биографии поэта Ольги Бешенковской, автор готовился долго, сосредоточенно и… мучительно. Близкие друзья уговаривали его не браться за столь тяжкий труд, а ограничиться объёмистой статьёй. Но авторские статьи, и не одна, уже давно вышли в свет, а тема оставалась не основательно раскрытой, востребованной и постоянно волнующей автора. Поэтому эти соображения перевесили доводы друзей, и в итоге высветилось на писательском календаре единственное достойное сего момента решение: «Большому кораблю – большое плаванье!». Тем более, что в ранней юности Ольга Бешенковская работала на ленинградском Адмиралтейском судостроительном заводе и в первой (по времени написания) её книге есть раздел «Стапеля». Так вот от этого стапеля 1964 года корабль «Ольга Бешенковская» готов к отплытию в жизнеописание незаурядного поэта.
А действительно, почему бы и не помечтать? Может быть, когда-нибудь со стапелей этого судостроительного предприятия сойдет белоснежный океанский лайнер «Ольга Бешенковская»…
Внимательный читатель сразу осудит: к чему эти праздные мечтания автора, когда на дворе, который уж век, несмотря на увещевания властей, советская действительность со всеми вытекающими апокрифами. А ведь основные даты жизни и творческой судьбы Ольги Бешенковской самым тесным образом связаны с Россией и с Советским Союзом. В день её рождения – 17 июля – в далеком 1918 году в Екатеринбурге была расстреляна царская семья, а год её рождения – 1947 – совпал с пышно отмечавшимся 800-летием основания Москвы. В том же году были отменены продовольственные карточки, которые – надо же! – воскресли в год её отъезда из Союза в Германию. Правда, и Союз – немыслимый знак совпадения! – в год её отъезда – 1992 – перестал существовать.
Ещё нужно сказать, что Ольга Юрьевна при освоении смежных с журналистикой профессий (редактор, издатель, переводчик, фотограф) всегда оказывалась на высшей ступени профессиональной лестницы как по советским, так и по западным критериям. И, конечно же, как отмечал Евгений Евтушенко, была одним из лучших русских женщин-поэтов. Но сколько вокруг её имени возникало слухов, измышлений и даже инсинуаций?!
Мне, хорошо знавшему Ольгу Юрьевну, хотелось этим повествованием разрешить несоответствия, лакуны, связанные с её именем, сосредоточиться на загадке её личности и ответить на возможные вопросы внимательного читателя.
А вопросов, конечно же, много…
Совдействительность грозно встаёт
до сих пор… –
Бешенковскую Ольгу
явь властей напрямик достаёт
в том уже неподвластном мире,
но сильнее звучит её Лира.
Жизнь и творчество Ольги Юрьевны можно разделить на три периода с характерными для рассматриваемого времени эпиграфами:
1. советская действительность 1947-1992: «… поскольку нет уже единодушья в собственной душе…».
2. немецкие реалии 1992-2006: «Кто я? Духа блудного дитя: русская – в Германии – еврейка…».
3. продолжающееся в бессмертие творчество с 2006 года: «Всё будет так же, как при мне, Хотя меня уже не будет…».
Часть I. Советская
действительность
1947-1992.
Глава 1
Здравствуй, Яло!..

В книге «Песни пьяного ангела» интересен раздел «Ах, какая нехорошая девочка» – 12 стихотворений, написанных в 1963 – 1964 годах. Открывается раздел вопрошающим стихотворением, где происходит отражение имён и ситуаций: Оля – Яло, стихи – ихитс.

Ты послушай меня, Яло –
Отраженье моё в стекле,
Раз уж нас на земле свело –
Не раскинуло по земле…
Раз уж каждой достался мак
И сухого вина бокал,
Раз уж имя дано мне – как
В „Королевстве кривых зеркал“.
Понимаешь, какой вопрос:
В чём же всё же смысл бытия?
Что ж ты, глупая, морщишь нос?
(Ох ты, господи, – ведь и я…)
И не надо кусать губу,
Стебель тоненький теребя…
Расспроси про мою судьбу…
(Я в ответ расспрошу тебя.)
Нам друг друга теперь спасать
От наивностей и ехидств.
… Ты уходишь стихи писать,
Я – какие-то там ихитс…
На обложке фото серьезной девочки в школьной форме со взрослым взглядом вдумчивых глаз: в чём всё же смыл бытия? Раннее прозрение школьницы, независимость, резкость и взрослость суждений, обнажённость нервов. «Поздняя книга ранних стихов» напечатана, когда Ольге уже за 50, и натыкаемся ещё раз на противоречие: ведь это не ранние, а мудрые стихи 16-летнего поэта.
Недаром в заглавном, в первом стихотворении книги 1963 года рождения есть неоднозначные строки, поражающие нас мудростью, несвойственной подросткам: «… Мы всё узнали, от всего устали…», «…Всё было встарь. Всё снова будет впредь…». Какой потрясающий диапазон восприятия действительности у юного автора, как будто она прожила много лет и оказалась безмерно далека от своих сверстников. Поэтому так настойчиво Оля хочет услышать от сверстников ответ на вопрос из стихотворения «Топчу отражения фонарей»: «Вы слышите меня, люди,/ Шестнадцатилетние люди?» Но мальчики и девочки её не слышат, они заняты своей повседневной жизнью. В конце стихотворения повтор вопроса: «Вы слышите меня?» и собственный крик души: «Ведь я всегда говорю только правду…». Творческий дух Оли поднимается над обыденностью, посредственностью, расцвечивает мир радужными красками. Приходит понимание, что она не такая, как все; может быть, странная и непонятная окружающим. Креативное прозрение юного поэта вселяет в душу и легкую грусть, и ледяную печаль, и острую боль, и обостренность чувств. Об этом повествует Ольга Бешенковская в «Балладе о вечернем городе»:
С причала правды уходит
На ложь моя переправа…
Возьму в себя всё плохое –
В хорошее – переплавлю.
А вечер тасует звёзды,
Бездомно в Неве ночует.
До слёз, или же сквозь слёзы,
Но снова захохочу я…
А сердце мне греет ласка
Ладонью листвы печальной.
Мне очень нравятся сказки –
Они хорошо кончаются…
Душа Оли стремится к прекрасному, возвышенному, уходя от обыденности, равнодушия, серости. Обжигающие строки концовки стихотворения «Не бокалы звенят…»:
А в окно откровенно глядит звезда…
Почему-то мне страшно
Прислониться к ней лбом,
Может быть, потому,
Что она такая чистая…
Строки написаны белым стихом, подчёркивая мелодичность ночи. Перефразируя Лермонтова, хочется сказать, что здесь звезда с душою говорит. «Мне жаль, что я не умею сочинять музыку, – писала Ольга Бешенковская, – но она звучит во мне с детства. Музыка своих и чужих стихов». Тем более, когда «стихи засверкали Ниагарским водопадом!».

Написать комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ПОЗВОНИТЕ МНЕ
+
Жду звонка!